Россияне нашли способ избегать покупки испорченной рыбы

Россия следует мировому тренду роста спрос на рыбные консервы. Одна из причин — в том, что такая продукция, изготовленная прямо у моря, не портится и сохраняет качество рыбы, рассказал URA.RU председатель правления Межрегиональной ассоциации прибрежных рыбопромышленников Северного бассейна Валентин Балашов. Но, по его словам, этого нельзя сказать о консервах, произведенных на фабриках в Центральной России — неизвестно, сколько времени и как сырье везли до этих предприятий.

Почему в России и мире растет спрос на рыбные консервы

— Аналитики отмечают мировой тренд роста производства консервированной рыбы, в том числе на волне популярности белковых диет. В какой мере ситуация на российском рынке соответствует этому тренду, и с чем, по-вашему, связана такая динамика?

— В России ситуация такая же. Объемы производства рыбных консервов и пресервов растут из года в год. Связано это, в том числе с тем, что российский потребитель становится более разборчивым и понимает, что консервы, изготовленные в районах, расположенных у моря, гораздо качественнее рыбы, которая просто лежит на прилавках в Центральной России и других регионах, удаленных от морского побережья. Правильно, пропорционально, по ГОСТам или техусловиям консервированная продукция максимально сохраняет качество рыбы, а при хорошо подобранных добавках еще и улучшает вкус.

— Из-за тех же белковых трендов растет популярность тунца, в том числе консервов из него. В России он тоже стал популярным и широко присутствует в продаже. При этом часто появляется информация, что тунец тунцу рознь, и есть подводные камни, связанные с этой рыбой. Какой тунец попадает в консервы?

— Тунец действительно бывает разный: тихоокеанский и атлантический, голубой и полосатый. В целом еще с советских времен тунец на постсоветском пространстве не является традиционным рыбным блюдом, мы привыкли есть рыбу, которая водится, в частности, в Северном Атлантике или Охотском море. А тунец — все-таки субтропическая рыба, у нас она традиционно массово не представлена. Но сейчас его действительно стало больше: в магазинах мы видим и консервы из тунца, и филе. Но продавцы, как правило, не пишут, какой это вид.

Тунец — это, безусловно, мировой бренд. Страны Азии, Северная Америка много его едят. У нас этот тренд только набирает обороты, и пока продукция из тунца занимает очень небольшую долю на большой российской рыбной полке. Возможно, у него есть перспективы, учитывая, что тунец уже дошел до Сахалина и Курильских островов из-за изменения климата, и в России уже даже разрешили какой-то небольшой промышленный лов.

Добыча сдвинулась с нулевой отметки, но пока это какие-то десятки или сотни тонн. Практически на 100% тунец в России импортируется.


Какие консервы лучше – из крупной или мелкой рыбы


— Кстати, о том же тунце любят рассказывать в СМИ и блогах, что он вреден, потому что накапливает в себе ртуть, как и другие крупные и долго живущие рыбы. Так ли это, и в целом какие консервы лучше покупать — из крупных видов или мелких?

— Я не думаю, что потребителю стоит воспринимать в серьез информацию о том, что тунец накапливает ртуть. Во многих странах, где его едят много и постоянно, тоже не дураки живут. Там есть свои надзорные ведомства и соответствующий строгий контроль качества.

Вряд ли эта рыба проходила такие проверки, если бы эти слухи соответствовали действительности. Нет, это просто страшилка.

Хотя в определенных случаях, безусловно, любая рыба может накапливать в себе вредные вещества. Например, в случае разлива нефти. Но контролирующие органы, как наш Россельхознадзор и Роспотребнадзор, не дремлют, и перед тем, как любая партия рыбы, выловленная российскими рыбаками или импортированная, попадет на прилавки магазинов, она обязательно проходит лабораторные исследования, на основе которых выдается или не выдается разрешение на продажу. Поэтому, поверьте, никакая ртуть не пройдет.

Что касается размеров рыбы, то крупная, абсорбируя в себе разную гадость, растворяет ее в своей массе. Масса большая, и удельный вес вредных веществ в соотношении к весу рыбы меньше. Мелкая, попадая в загрязненную чем-либо среду, безусловно, пропитается вся. Поэтому риск быть загрязненной из-за разливов или сбросов со стоящих на берегу заводов у таких видов больше.

— Такие ситуации — скорее исключение, или такое происходит часто?

— Периодически это бывает. Возьмем тот же разлив нефтепродуктов в Азовском море три года назад. Там действительно была проблема, институты Росрыболовства и другие контролирующие органы проводили исследования, как это повлияло на рыбу. К счастью, все это не оказало сильного воздействия, рыба просто ушла на какое-то время. Но какая-то часть пострадала. Сейчас, насколько я знаю, в Азовском море и на побережье Черного уже нет ограничений по рыболовству из-за этого фактора.

Другой явный пример — авария на АЭС «Фукусима» в Японии. Органы контроля в России и странах Юго-Восточной Азии тогда отслеживали чуть ли не каждую рыбку и проверяли ее на предмет заражения радиацией.

Там, где на побережье есть производства, всегда остается вероятность технологических проблем. Где есть морское судоходство, нельзя исключать, что с какого-то судна что-то выльется в море. И неизбежно повлечет негативное влияние на окружающую среду и животный мир, включая рыбу.


Имеет ли значение регион производства консервов


— В России лидеры спроса в сегменте консервов отличаются от мировых, исходя из структуры добычи в нашей стране? На какие виды в РФ в основном приходится спрос и производство?

— В целом в странах бывшего СССР, включая Россию, люди потребляют больше консервов, чем, например, в Европе и тем более в Азии, где привыкли есть все буквально по принципу «поймал и съел». У нас традиционно много консервируют, делают запасы.

Что касается видов, в основном это сайка, сайра, сардина иваси, балтийские и каспийские шпроты, скумбрия кусочками. По большей части это мелкая рыба в небольших банках от 80 до 250 граммов. Или пресервы — селедка, скумбрия.

Еще раз отмечу, что, как только рыба попадает на воздух из своей среды обитания, из моря, где минимум кислорода, в агрессивную для нее среду, у нее сразу начинаются процессы разрушения, гниения.

Когда я вижу в магазинах рыбу, которая лежит на прилавках, в каком-то небольшом количестве льда целый день, и кто-то ее покупает, меня бросает в ужас.

Потому что по техническим условиям ЕАЭС «Безопасность рыбы и рыбной продукции» рыба должна лежать на воздухе не больше четырех часов с момента вылова из воды. Дальше она должна быть или помещена под лед при температуре максимум -2 градуса, либо заморожена, закопчена, засолена. В этом смысле консервы лучше — это надежно, хотя и дороже в пересчете на вес.

Правда, при всем уважении к предприятиям из различных регионов в центральной части страны и их брендам хотелось бы обратить внимание, что никто не может быть уверен, что маршрут их сырья не исчислялся годами, что по дороге к этой фабрике рыба не размораживалась, не падала куда-то, не находилась в задымленных помещениях или еще где-то. Другое дело, когда рыба произведена в Приморье, на Камчатке, на Сахалине, в Архангельске, Мурманске, Калининграде — она точно с борта судна приехала в цех, из нее там сразу сделали консервы, пресервы или закоптили.

— Вы сказали, что маршрут может исчисляться годами… Надеюсь, вы утрируете?

— Может быть и такое. Под товаросопроводительные документы можно подмешать все, что угодно. В партию нормальной рыбы могут докинуть старую, которая год или два хранилась на складе. Когда приезжает большая партия рыбного филе, сложно проверить, из какого сырья она сделана.

Может быть, там 70% сырья было из той рыбы, которая была выловлена три месяца назад, а 30% — из той, которой уже полтора года. А с документами все отлично, и получается, всей партии три месяца.


Контрольно-надзорные органы с этим борются, проверяют в лабораториях качество сырья. Но нельзя проверить каждую упаковку филе или банку.


Производство консервов в томате и масле падает, с овощ